Нестандартные методы борьбы за превосходство в воздухе

Проект «самолет-звено». Летчик и конструктор Владимир Сергеевич Вахмистров в 1931 году предложил интересную идею, заключающуюся в том, чтобы сопровождать дальние бомбардировщики истребителями, установленными на авиаматку. Это позволяло бы решать следующие задачи:   доставка самолетов-истребителей на расстояния, превышающие радиус их действия; увеличение дальности сопровождения тяжелого самолета истребителями; использование истребителей в качестве пикирующих бомбардировщиков для точного бомбометания крупными бомбами, которые истребитель при самостоятельном взлете поднять не может; облегчение взлета перегруженного самолета при помощи вспомогательного самолета.
При испытаниях в качестве носителей использовали сначала самолеты ТБ-1, а затем ТБ-3, а в качестве истребителей — одноместные И-4, И-5, И-Z и И-16.
Никто в мире подобных экспериментов не проводил. Начали со схемы: «на крыльях носителя — два самолета».

«Самолет-звено» Владимира Вахмистрова

Испытания отличались исключительной сложностью. Так, 22 декабря 1932 года в ходе отработки взлета истребителя носитель по ошибке отцепил шасси вместо того, чтобы сначала отцепить его хвост. Самолет начал вращение вокруг хвостовой сцепки, то есть пытался встать «на дыбы», однако за штурвалом истребителя находился Валерий Чкалов, который мгновенно поставил «газ» на «максимал» и благодаря увеличенной тяге сорвал свой самолет с хвостового замка, и истребитель ушел от носителя.
Испытания закончились схемой «пять истребителей на авиаматке: два И-5 — на крыльях, два И-16 — под крыльями и один И-Z — под фюзеляжем». Подкатить и подцепить И-Z на стоянке не удавалось. Тогда летчик Василий Степанчёнок, пилот И-Z, предложил под шасси носителя прикрепить два шеста с натянутыми между ними разноцветными лентами. В полете Степанчёнок рвал крюком своего самолета одну ленту за другой и таким образом постепенно вставал на сцепку с ТБ-3. Так, 22 марта 1935 года была осуществлена первая в мире стыковка летательных аппаратов «тяжелее воздуха».
Первое боевое применение «Звена» состоялось 26 июля 1941 года, когда два «Звена-6СПБ», состоявшие из ТБ-3 и двух прикрепленных к нему И-16 с двумя бомбами ФАБ-250, нанесли удар по нефтеперегонному заводу и нефтехранилищу города Констанца. Все шесть самолетов благополучно вернулись на аэродром в Одессе. В последующем СПБ (составные пикирующие бомбардировщики) успешно применялись 1, 10 и 13 августа 1941 года.
Проект «Ракетное оружие — на самолет». Испытания по установке реактивных снарядов (РС) на самолеты начались в 1936 году. РС-82 были приняты на вооружение ВВС РККА в конце 1937 года, а РС-132 — в середине 1938 года. В августе 1939 года начались испытания РС в боевых условиях в районе реки Халхин-Гол.

Истребитель И-16 с реактивными снарядами

Группой из пяти И-16, по шесть ракет на каждом, командовал капитан Николай Звонарев. Эта группа в воздушном бою 19 августа 1939 года впервые в мире успешно применила реактивные снаряды.
В отчете было сказано, что подгруппа из двух самолетов, пилотируемых Звонаревым и Федосеевым, в ходе воздушного боя обнаружила звено японских И-97, по которому дала залп 13 снарядами. Были сбиты три И-97. Всего пятерка Звонарева провела 35 боевых вылетов. Эрэсами было сбито 17 самолетов противника, из них: 14 истребителей И-97, 2 бомбардировщика СБ-86 и 1 бомбардировщик ЛБ-97. Группа Звонарева потерь не имела. По результатам боевого применения РС были рекомендованы для вооружения всех советских боевых самолетов. В Великой Отечественной войне авиационное реактивное оружие доказало свою высокую эффективность при применении по воздушным и наземным целям.
Бомбардировку летящих самолетов противника применил экипаж заместителя командира эскадрильи Алексея Латенко, который сбросил со своего Пе-2 на сомкнутый строй Ю-88, летевших в направлении  Москвы, все свои бомбы. В книге Вилена Муравьёва «Испытатели ВВС» читаем:
«- Гриша! Видишь?.. — обратился Латенко к штурману.
— Вижу. Целая армада. Ниже нас метров на пятьсот. По-моему, они нас не видят, ведь мы на фоне солнца.
— Итак?
Штурман (Григорий Хвостинский. — С. Е.) понимающе кивнул:
— Открываю люки. Перелета или недолета здесь не будет — уж очень длинная цель. Главное режь строго вдоль линии строя. Сброс будет серией. (…)
Результат оказался поразительным — три фашистских бомбардировщика взорвались от прямых попаданий бомб. Несколько самолетов пострадали от взрывных волн. В воздухе повисло 12 парашютистов. Строй вражеских самолетов рассыпался».

Пикирующий бомбардировщик Пе-2

Виктор Талалихин

Способ «Светом — по воздушному противнику» первыми применили авиаторы в Битве за Москву. Для реализации этого проекта самолет Пе-2 майора Карпенко был доработан мощной прожекторной установкой. На встречном курсе Карпенко направлял свой самолет против колонны бомбардировщиков на одной с ними высоте, включал прожектор и открывал огонь из пушек и пулеметов. Оказавшись в мощном луче света, бомбардировщики поспешно сбрасывали бомбы, нарушали боевой порядок и ложились на обратный курс.
Таран — самый решительный прием ведения воздушного боя, считал трижды Герой Советского Союза маршал авиации Александр Покрышкин. Всего за войну советским авиаторам удалось уничтожить в воздухе тараном 635 вражеских самолетов. Кроме того,  было совершено 503 наземных и морских тарана, из которых 286 выполнено на штурмовиках с экипажем два человека и 119 — бомбардировщиками с экипажем  три-четыре человека. В трудном сражении за московское небо более 25 летчиков-истребителей применили воздушный таран.
Остановимся на трех из них, имеющих особенности.
Немцы начали налеты на Москву 22 июля 1941 года. Первый таран совершил 25 июля лейтенант Борис Васильев. Закончив барражирование в районе Можайска (недалеко от Бородинского поля), летчик хотел идти на Кубинку. Но, находясь над  Дорохово — Тучково, Васильев получил команду перехватить группу бомбардировщиков. Лейтенант осмотрелся и, увидев три юнкерса, стремительно пошел в атаку на фашистский флагман. Васильев поджег его, однако добить Ю-88 не удалось: кончились боеприпасы. Тогда лейтенант решил отрубить винтом своего самолета хвост противника. Таран удался, но не винт, а крыло Як-1 врезалось в стабилизатор Ю-88. Васильев с трудом выровнял и посадил свой самолет. За этот подвиг он был награжден орденом Ленина. 24 октября Васильев погиб недалеко от станции Тучково.
В ночь на 7 августа противник произвел очередной налет на Москву. 8 августа сообщалось, что при отражении этого налета «сбито шесть немецких самолетов. Наши потери — один самолет. Летчик, таранивший своим самолетом бомбардировщик противника, спасся на парашюте». Им был Виктор Талалихин. Он поднялся в воздух 6 августа в 22 часа 55 минут с аэродрома  Дубровицы для встречи врага на подступах к Москве. На высоте примерно четыре тысячи метров увидел вражеский бомбардировщик и несколько раз атаковал его. Противник, отстреливаясь, стал маневрировать и уходить. Преследуя его, Талалихин корпусом своего И-16 таранил Ю-88, который упал возле аэродрома Степыгино. Талалихину за этот таран, осуществленный в Великой Отечественной войне впервые в ночное время, было присвоено звание Героя Советского Союза. В последующем Талалихин сбил еще четыре самолета врага. 27 октября в неравном воздушном бою Талалихин погиб в районе поселка Каменка (83 км от Москвы). Общий счет Талалихина — восемь побед (в советско-финскую войну он сбил четыре самолета).
11 августа 1941 года лейтенант Алексей Катрич, вылетев на перехват воздушного разведчика, на высоте 10 тысяч метров в 10 часов 20 минут встретил «Дорнье-217» и атаковал его. Разведчик развернулся, стал отстреливаться, маневрировать и уходить. Израсходовав все боеприпасы, Катрич срезал винтом своего самолета хвост «Дорнье». Фашист упал в районе деревни Бели, в 20 километрах западнее Старицы. Это был первый в истории авиации таран на высоте более восьми тысяч метров. Катрич 28 октября 1941 года стал Героем Советского Союза. Пройдя Великую Отечественную войну,  он уничтожил в воздушных боях 14 самолетов противника.
Эти примеры показывают, что замечательной чертой советских авиаторов, воспитанных Осоавиахимом, являлось непрестанное стремление к творческому поиску новых средств и способов, которые можно было бы применить при защите родного неба от любых агрессоров.
Сергей ЕЛИСЕЕВ.