Авиамоделизм, авиамодельный спорт и научно-технический прогресс
К 265-летию первой авиационной модели Михаила Васильевича Ломоносова и 110-й годовщине отечественного авиамодельного спорта
Авиамодели представляют собой беспилотные летательные аппараты (БПЛА). На них проводятся научно-технические эксперименты, проверяются новаторские идеи и технические новинки. Под патронажем Международной авиационной федерации (ФАИ) в мире существует авиамодельный спорт.
В массовом сознании авиамоделизм совсем недавно ассоциировался с мальчиком с моделью самолета в руках. В начале XXI века на обложках популярных журналов мальчика сменил солдат с разведывательным авиационным дроном, и наконец мы слышим и смотрим видео о применении ударных БПЛА.
Нужно констатировать, что технический прогресс помимо воли большинства человечества всегда идет от военного применения технической новинки к мирному. Это касается и авиационной техники. А теперь остановимся на том, с чего все началось.
«Вертолет» Леонардо да Винчи
История техники и в нашей теме не проходит мимо Леонардо да Винчи (1452 — 1519). Достаточно напомнить, что Леонардо — «универсальный человек». Это он изобрел (или оставил в проектах) подшипник, парашют, дельтаплан, водолазный костюм, велосипед, самоходную тележку, робота-рыцаря и еще не менее десяти технических устройств. Но среди архивов этого флорентийца особой популярностью пользуются записи, касающиеся вертолета или, точнее, воздушного винта. Конструкция Леонардо не имела пропеллера: в его схеме используется винт Архимеда. С моделью вертолета эту машину роднит только вертикальный взлет. Ради справедливости скажем, что палочка с пропеллером в 400 г. нашей эры уже была известна в Китае. Есть свидетельства и тому, что во Флоренции в XV веке игрушка «вертолетик» была популярна. Значит, Леонардо да Винчи ее просто увеличил?
М В Ломоносов
В нашей стране Михаил Васильевич Ломоносов (1711 — 1765) построил и испытал первую действующую модель вертолета с разнесенными винтами — аэродромическую машину. В годовом отчете за 1754 год Михаил Васильевич писал: «Делал опыт машины, которая бы поднималась кверху сама, могла поднять с собой маленький термометр, дабы узнать градус теплоты на вышине, которая (имеется в виду «машина». — С. Е.) слишком на два золотника облегчилась (один золотник имеет массу 4,266 грамма. — С. Е.), однако к желаемому концу не приведена».
К «желаемому концу» приведена была модель самолета Александра Федоровича Можайского (1825 — 1890). Эта модель, названная им «летучкой» (по другим данным — «летуньей». — С. Е.), состояла из небольшой лодочки-фюзеляжа, к которой под углом три градуса была прикреплена несущая поверхность. Тягу модели создавали три винта, один из которых располагался в носу лодочки, а два других — в крыльях. Винты приводились в движение пружиной. Рулевые поверхности располагались в хвостовой части, для взлета и посадки модель имела четыре колеса. Она совершала полеты со скоростью 5,2 м/с (187,2 км/ч). Летала лодочка и с нагрузкой — морским кортиком массой в один кг. Это, скорее всего, преувеличение: масса кортика без ножен не более полукилограмма.
Аэродромическая машина Ломоносова
В описании одного из полетов «летуньи» читаем: «В Петербургском манеже собралась публика, весьма далекая от верховой езды. Под прицелом тысячи глаз Можайский подошел к длинному столу и опустил на него какое-то странное сооружение, установленное на колесики. Оно легко тронулось с места, добежало до края стола и, набирая высоту, взлетело в воздух».
Сохранилось мнение военного инженера Богословского: «Нужно ли говорить о неисчислимых последствиях этого замечательного изобретения. Для примера укажем на злобу дня. Представьте только, какую панику, какой ужас способна навести на неприятеля такая летучка, вооруженная адскими снадобьями динамита и нитроглицерина, и какое губительное расстройство может она произвести на его сборных пунктах и сообщениях. Крепости и минные заграждения не спасут от ее когтей ни армий, ни пресловутых броненосных флотов… Скажем более: стая таких летучих хищников в состоянии разорить целую страну!» Это было опубликовано в «Кронштадтском вестнике» 12 января 1877 года, когда русская армия готовилась к войне с Турцией.
Отец русской авиации Николай Егорович Жуковский (1847 — 1921) в своих исследованиях постоянно использовал авиамодели, а 2 января (по другим данным 5 января) 1910 года он стал инициатором создания авиамодельного спорта в России, организовав в Москве соревнования примерно десяти летающих моделей. Среди участников этого мероприятия был будущий выдающийся авиаконструктор и академик Андрей Николаевич Туполев (1888 — 1972). В эти же дни было создано Московское общество воздухоплавания, в которое вошли сразу 2500 человек. Соревнования 1910 года стали началом бума авиамоделизма и отечественного авиамодельного спорта в России. Весной 1910 года в авиамодельных соревнованиях уже приняли участие 36 человек с 50 авиамоделями.
А живет ли в нашей стране авиамодельный спорт сейчас? Вместо ответа обратимся к репортажу о празднике модельно-технического спорта «Елагин слет», состоявшемся 14 сентября сего года, из Центрального парка культуры и отдыха Санкт-Петербурга: «Елагин остров в одночасье оказался во власти летающих, плавающих и грозно ревущих дронов. Корреспондент телеканала «Санкт-Петербург» Вадим Федосеев побывал в эпицентре «восстания» машин. Как только дали старт, дроны словно испарились. Издалека и на огромной скорости более ста километров в час они напоминают скорее насекомых. У спортсменов вид куда интереснее, чем у зрителей. В специальных очках действительно ощущаешь себя пилотом. Наверное, именно поэтому для многих это увлечение стало уже неотъемлемой частью жизни».
А вот что сказал Артем Игнатов, участник праздника:
«Увидел в интернете, как летают ребята, и захотелось самому попробовать. Этот спорт завоевал мое сердце. Такой дрон развивает скорость порядка 160 — 180 километров в час. Рекорд, по-моему, в районе 280. Там аппарат был специально собран для прямолинейного полета, чтобы просто показать рекорд скорости на нем».
В наше время технически это стало возможным, так как к услугам современного авиамоделиста беспроводные камеры, усилители управляющих сигналов, аккумуляторы повышенной емкости, электромоторы, миниатюрные двигатели внутреннего сгорания и многое другое, что позволяет создавать авиамодели, способные улететь на большой скорости на десятки километров от места взлета и возвратиться к своим создателям.
Поэтому авиамодели (беспилотники или БПЛА, или беспилотные воздушные суда (БВС), или, наконец, дроны) не могут не привлекать внимание государственных органов с точки зрения безопасности. С принятием же на вооружение в армиях мира тысяч БПЛА закономерно возникает вопрос о правовом поле, в котором должны находиться БПЛА и гражданского, и военного назначения, включая модели ЛА, изготовленные несовершеннолетними гражданами.
Законодательство, принятое у нас по небольшим авиационным моделям, аналогично как и в других странах, было воспринято авиамодельным сообществом неоднозначно. В США, например, в такого рода закон сразу стали вносить поправки. У нас специалисты также нашли изъяны, которые законодатели, по их мнению, не учли. В законе сказано, что государственной регистрации подлежат все БВС, за исключением беспилотных гражданских воздушных судов с максимальной взлетной массой 0,25 килограмма и менее. Есть там и другие ограничения.
Мы живем в век технического прогресса. Поэтому для всех транспортных средств, включая маленькие, летающих в воздухе, неизбежно должны были появиться своего рода правила движения в воздухе. Ведь сейчас ЛА, и большие и маленькие, производятся массово, и летать они должны по правилам, чтобы избежать «дорожно-транспортных происшествий» и чрезвычайных ситуаций. Законодательство же, безусловно, будет совершенствоваться.
Нет сомнения, что авиамодельное сообщество привыкнет к правилам движения в воздухе так же, как автомобильное и морское сообщества привыкли к правилам движения по земле и на воде. За воздушным законодательством будет совершенствоваться и космическое право. Все это следствие ускоряющегося научно-технического прогресса.
Сергей Елисеев.