Выдающийся снайпер Второй мировой войны Людмила Павличенко

Улыбка, робкие движенья…
Быть может, нежный цвет лица,
Но переплавил цех сражений
Тебя в сурового бойца.
О, сколько надо было крови
Увидеть, зверств и темноты,
Чтоб так вот, прямо и сурово
Взглянуть на жизнь,
как смотришь ты.
Да, да, не мы повинны в этом,
Что вся страна,
народ наш весь,
Старухи, девушки, поэты,
Как высший дар
венчают месть.
Да. Я с тобою рядом, вместе,
С тобой и в песне и в бою.
Я славлю в этом гимне мести
Суровость, девушка, твою!
Это стихотворение в «Комсомольской правде» было опубликовано 4 июня 1942 года. А всего через несколько месяцев образ героини Иосифа Уткина вдохновил и американца Вудро Вильсона Гатри на создание песни Miss Pavlichenko: автором текста и музыки был сам певец. Заокеанский бард был сражен фактами  — так прямо и написал:
For more than three hundred
nazis fell by your gun.
Действительно, к моменту создания этой «ковбойской народной» песни на счету русской снайперши было 309 уничтоженных нацистов, среди которых оказались и 36 снайперов! Равных Людмиле Михайловне Павличенко по результативности мировая история не знает. А ведь стрелком экстра-класса она стала случайно – поначалу занималась при заводском клубе в планерном кружке, но испытания первым полетом не выдержала.
Отслуживший в армии инструктор все время звал в заводской тир, рассказывал, что полет пули завораживает, но  Людмила считала все эти настойчивые приглашения «обыкновенным волокитством»: ее небольшой, но суровый жизненный опыт – раннее замужество, материнство и развод —  подсказывал, что с мужчинами всегда надо быть настороже. Как-то раз – во время комсомольского собрания, когда секретарь выступал со скучным докладом, — агитатор допек Людмилу своими «сказками», и она ответила так, что сидевшие рядом ребята стали смеяться. Докладчик решил, что над ним, рассердился, и дело завершилось удалением из зала… зачинщиков скандала – агитатора и Павличенко. Оказавшись за дверью, они вдруг пришли к консенсусу – решили, что надо успокоиться. Инструктор предложил пойти пострелять, объяснив: «Стрельба – занятие для спокойных людей». В тире инструктор прекрасно обошелся без «сказок» — вручил девушке винтовку «ТОЗ-8». Сделав четыре выстрела, Людмила удивила наставника – взглянув на мишень, тот признал: у ученицы способности есть!  И по субботам начались занятия.
Людмила Михайловна вспоминала: «Когда наступила весна, мы стали выезжать на стрельбище за город и тренироваться для сдачи нормативов на значок «Ворошиловский стрелок» второй ступени, а в них входила не только меткая стрельба, но и ориентирование на местности, метание гранаты, физическая подготовка (бег, прыжки, отжимания). Эти нормативы мы успешно выполнили и затем приняли участие в городских соревнованиях Осоавиахима по пулевой стрельбе…»
Домашние подтрунивали над обуявшей Людмилу страстью к оружию, а оно воспитывало не меньше, чем и четыре года работы на оборонном заводе – знаменитом киевском   «Арсенале». Весной 1935 года она получила направление на рабфак при Киевском государственном университете, в сентябре 1936-го поступила на  исторический факультет КГУ. С головой окунулась в учебу. Но вой­на уже шла — в Испании.
И второкурсница Павличенко по совету своего первого наставника по стрельбе поступает в открывшуюся в Киеве двухгодичную Снайперскую школу Осоавиахима. Принимали только тех, кто мог подтвердить звание «Ворошиловский стрелок» второй ступени соответствующим удостоверением… В этом «университете» готовили сверхметких стрелков для РККА.
Особый курс вел георгиевский кавалер Александр Владимирович Потапов, служивший еще в императорском лейб-гвардии Егерском полку в Петербурге.  Он был уверен: к работе снайпера женщины приспособлены лучше.
«Медленно, но неотступно, — пишет Людмила Михайловна, —  Потапов приучал нас внимательно наблюдать за окружающим миром, зорко, словно бы в окуляр оптического прицела, рассматривать детали и подробности нашей быстротекущей жизни, по мелочам угадывать образ целого». А дополнительные занятия по приемам маскировки проводил за городом – устраивал пикник. Инструктор читал лекции, потом… прятался – маскировался так, что его искали чуть ли не по часу.
Потом, вспоминает Людмила Михайловна, стреляли из снайперской винтовки: «После походного обеда, когда бутылки с напитками пустели, одну из них укрепляли в рогатине боком и горлышком вперед на расстоянии метров двадцати-тридцати от стрелка. Следовало одним выстрелом выбить в ней дно, то есть пуля должна была точно войти в горлышко и, не повредив бока стеклянного сосуда, выйти через дно».
В январе 1941 года предложили  длительную командировку в Одесскую публичную библиотеку старшим научным сотрудником. Там она надеялась подобрать материалы для дипломной работы, однако на всякий случай взяла и свидетельство об окончании Снайперской школы. Вскоре документы пригодились – помогли попасть в армию, правда, лишь со второй попытки: в первый день военком заявил, что военно-учетной специальности «СНАЙПЕР» в его списке нет.
Вечером 24 июня новобранцев погрузили в эшелон, 26 июня прибыли в расположение 25-й Чапаевской стрелковой дивизии (там в свое время служил комиссаром одного из полков отец Людмилы, Михаил Иванович Белов), 28-го приняли присягу. А потом… Ни снайперской винтовки, ни обыкновенной «трехлинейки» для красноармейца Павличенко не нашлось – комвзвода собирался пристроить снайпера санинструктором, потом объяснили, что сейчас главное для нее оружие – лопата, но на всякий случай выдали одну гранату РГД-33: вдруг фашисты прорвутся…
Когда у нее наконец появилась «снайперка», она отказалась от излюбленного способа стрельбы, потому что поняла: главное – стрелять, стрелять, стрелять, лишь бы остановить фашистскую нечисть!
Принимая от нового комдива именную винтовку «СВТ-40» с оптическим прицелом «ПУ» и гравировкой, она коснулась губами вороненого ствола. Для нее это был священный предмет, данный для священной войны и мести вероломному врагу!
С августа по октябрь 1941-го на подступах к Одессе она уничтожила 187 гитлеровских солдат и офицеров. Потом пришел приказ эвакуировать Приморскую армию в Севастополь, и там работы у снайперов было не меньше… Там она вытащила из-под минометного огня раненого мужа, его доставили в госпиталь, но через несколько дней он умер – у нее на глазах. Потрясение было настолько сильным, что у Людмилы стали дрожать руки. Но за любимого надо было отомстить, и она на слете снайперов пообещала уничтожить 300 фашистов.
В июне 1942 года Людмила получила тяжелое ранение – из города ее вывезли морем. А после госпиталя ей предстояло отстаивать интересы Родины на особом фронте – за океаном.
В США в августе 1942 года собирались проводить Международный антифашистский съезд студентов, и студенты-фронтовики, советские снайперы Людмила Павличенко и Владимир Пчелинцев тоже получили приглашение.

Для американцев приезд Павличенко был сенсацией, «девушку-снайпера, русскую героиню» тепло принимали в Чикаго, Миннеаполисе, Денвере, Сиэтле, Сан-Франциско. А в Голливуде ей довелось увидеться с Чарли Чаплином. Но Людмила Михайловна ехала в Штаты не за яркими впечатлениями – нужно было напомнить союзникам, не знавшим ужасов реальной войны, что они обещали открыть «второй фронт», однако сдержать слово не торопятся. И она говорила о войне – как снайпер: тщательно взвешивая слова, определяя расстояние до цели, делая поправку на «ветер». И ее слова попадали прямо в яблочко – на страницы газет, передавались из уст в уста. В Штатах она произвела фурор: ею восхищались, но ее боялись, признали, что она — бесспорно, Леди, но вспоминали о ее снайперском рекорде и прибавляли: «Леди Смерть». И на светских приемах, и на митингах в различных городах Людмила Павличенко находила самые нужные слова. Выступая в Чикаго, русская Леди выразилась вполне определенно:
— Джентльмены, мне двадцать пять лет. На фронте я уже успела уничтожить триста девять фашистских захватчиков. Не кажется ли вам, джентльмены, что вы слишком долго прячетесь за моей спиной?
Вернувшись из заокеанской командировки, Людмила Михайловна Павличенко окончила курсы «Выстрел», готовила снайперов, а после войны завершила учебу в Киевском университете, работала в Главном штабе ВМФ, написала книги «Я – снайпер» и «Героическая быль».
Специальный стенд в Центральном музее Вооруженных Сил России рассказывает о вкладе, который внесла в разгром фашизма Герой Советского Союза Людмила Михайловна Павличенко – Леди Жизнь, Леди Победа.
Татьяна КАЛИНИНА.