Лариса Болдырева: Мой роман с небом был особенным

Ларису Михайловну Болдыреву хорошо знают и в Новосибирске, и в Москве, да и во всем российском планерном сообществе. В 1978 — 1987 гг. она возглавляла Новосибирскую юношескую планерную школу (ЮПШ), вырастила целую плеяду планеристов. Много лет была судьей на российских и международных планерных соревнованиях секретарем. Имеет медаль «За верность авиации».
Ее знакомство с миром авиации напрямую связано с мужем Николаем Ивановичем Болдыревым, с которым они вместе учились в Бауманском училище (сейчас — МГТУ им. Н. Э. Баумана). Николай Иванович увлекался авиационными видами спорта, летал во 2-м Московском аэроклубе, был летчиком-инструктором. В 1987 году ему предложили поехать в Новосибирск, чтобы возглавить местный аэроклуб.
— Мой роман с небом был особенным. Начну с того, что никакого отношения к авиации ни я, ни члены моей семьи никогда не имели. В детстве я ужасно боялась высоты, даже страшно было выходить на балкон, — воспоминает Лариса Михайловна. — При НИИ, в который нас с мужем направили по распределению после окончания института, был пионерский лагерь — я пять лет проработала там вожатой и получила опыт работы с детьми. И когда мы оказались в Новосибирске, мои педагогические навыки пригодились — мне предложили возглавить ЮПШ. Это было удивительное время!
Правда, в те годы я ничего не знала о планерах, поэтому прошла курс первоначальной подготовки и стала планеристкой. Мне было 30 лет.
— А вы помните, как на карте страны появился аэроклуб в Бердске?
— Он возник благодаря Валерию Михайловичу Рыцареву — инженеру и энтузиасту планерного спорта, который образовал аэроклуб при Институте теоретической и прикладной механики Сибирского отделения АН в Академгородке, где он работал. Вуз нам очень активно помогал, но и мы не сидели сложа руки — сами построили ангар и почти всю инфраструктуру…
  В те годы в аэроклубе жизнь кипела – подростки занимались теоретической подготовкой, полетами и решением бытовых задач, обеспечивали полеты взрослых спортсменов, принимали участие в строительных и прочих хозяйственных работах на аэродроме. Пилоты летали, но в свободное от полетов время также строили, ремонтировали планеры, автомобили, отлаживали авиационные приборы, налаживали громкоговорящую связь, чтобы руководитель полетов всегда мог распорядиться личным составом и направить кого-то на полеты, а кого-то на хозработы.
На одном аэродроме с нами располагался Учебный центр вертолетчиков ДОСААФ, в котором обучались призывники — будущие вертолетчики: проходили курс молодого бойца, принимали присягу.
Это был такой вид службы в Советской армии, по окончании которой выпускнику Учебного центра присваивалось воинское звание «сержант» и он приписывался в резерв ВВС, а после двух военных сборов-полетов в течение следующих лет вертолетчикам резерва присваивалось воинское звание «младший лейтенант».
На День авиации, в августе, на аэродроме устраивались показательные полеты вертолетчиков, планеристов, ЮПШ. К нам приезжали жители Бердска на праздник и экскурсию. А однажды в число гостей попал и командующий авиацией Сибирского военного округа (фамилию запамятовала), который настолько проникся выступлением наших ребят, что тут же предложил направлять их из ЮПШ и аэроклуба в Барнаульское высшее военное авиационное училище летчиков.
— Вы приняли его предложение?
— Конечно! Нам это предложение очень понравилось. Так у нас выстроилась цепочка (ЮПШ — аэроклуб — Учебный центр вертолетчиков ДОСААФ или Барнаульское училище), нацеленная на формирование резерва пилотов для вооруженных сил страны.
— А что вы можете рассказать о ДОСААФ тех времен?
— Знаете, в этой организации большую роль играл человеческий фактор. Где председателем работал неравнодушный человек – там дела шли неплохо. Но были отделения, где товарищи работали «за звездочки» — они очень боялись всяких происшествий, и главным их принципом было: запретить летать. Спортсмены даже составили целых список причин, по которым запрещались полеты. С другой стороны, такие меры повышали безопасность полетов.
Отмечу, что система ДОСААФ в те времена отличалась хорошим снабжением – аэроклубам выдавали форму, поставляли новую технику, обеспечивали ГСМ и всем другим необходимым.
— Какие аргументы вы пускали в ход, когда приглашали подростков в аэроклуб? Чем убеждали?
— Я говорила, что есть интересное дело и им стоит попробовать заняться. Но нам не надо было себя рекламировать — аэроклуб и ЮПШ были на слуху, к нам приезжали журналисты, о нас много писали…
Мы тоже вели активную просветительскую и общест­венную жизнь — собирали материалы о становлении авиации и планеризма в Сибири, находили старых планеристов и приглашали к нам на аэродром, проводили разные мероприятия…
Сегодня, мне кажется, убеждать ребят сложнее. Да и инструкторам в работе с детьми надо отдавать отчет, что будущих пилотов очень тяжело отбирать. К примеру, в советские годы, чтобы набрать в аэроклуб 60 — 70 человек, приходилось знакомиться с 400 — 500 ребятами – кто-то сдавался на полпути, кто-то не проходил медкомиссию.
Сегодня, очевидно, молодежи не хватает тематических фильмов, авиационных историй, каких-то ярких героев… Я считаю, что надо чаще показывать романтику авиационной жизни: как живут пилоты, чем они занимаются, чтобы всячески возбуждать интерес к этой теме! А то ведь в СМИ попадают только авиа­происшествия да картинки с мест авиакатастроф…
Примерно в 1985 — 1986 годах была испробована хорошая инициатива, когда армия давала заказ в аэроклубы ДОСААФ на подготовку курсантов-летчиков. То есть там набирали по 15 — 20 ребят и готовили их летать на планерах не как спортс­менов, а как курсантов. Для этого в авиационные инструкции КУЛП (курс учебно-летной подготовки) были внесены отработки новых видов упражнений: полеты парами, строи. Материальное довольствие шло по линии армии. Ребятам выдавали курсантскую форму, они жили на аэродроме в солдатском режиме — с ранним подъемом, утренней зарядкой, наземной подготовкой, полетами, спортподготовкой и на авиационных тренажерах, отбоем. Мне кажется этот опыт интересным и удачным!
Уверена, начинать растить летчиков надо с малых лет, ведь роботы и автопилоты не скоро заменят живых людей. Большое количество летных происшествий не только у нас, но и во всем мире призывает готовить именно летчиков, умеющих и вручную управлять самолетом, и принимать необходимые решения, а не авиаменеджеров, способных только нажимать кнопки и летать на автопилоте. И воспитывать их надо по-авиационному правильно, начиная с авиамоделизма и через планерный спорт. Ребята должны уметь делать руками модели, работать с инструментами, тренировать терпение, трудолюбие, воспитывать в себе внимательность, получать новые знания и умения, учиться навыкам полета на простейших ЛА — а иначе они могут просто не угадать свое призвание, не найти себя…
В целом молодежью надо заниматься, открывать аэроклубы, обеспечивать бесплатный доступный досуг. Энтузиасты-пилоты, которые пока еще могут передать молодежи традиции, любовь к небу, к труду, к стране и друг к другу, пока еще есть. Государству дешевле обойдется именно такой подход к воспитанию молодежи.
Вела беседу Марина Калинина.